Гвоздь

История применения гвоздя от подковы в народных обрядах приворотной и не только магии

Применение гвоздейГвоздь от подковы, также как и она сама, издревле находил широкое применение в народной магии. Все характеристики гвоздя, начиная с его типичной фаллической формы, заканчивая несомненной близостью к ктеической подкове, неуклонно подводили к необходимости использования их в качестве пары взаимодополняющих противоположностей.

Засвидетельствованы такие, на первый взгляд странные, случаи использования гвоздя в приворотной магии, когда половой орган желанного мужчины девушка прибивала к скамейке, на которой сидела после бани. С точки зрения современной психологии подобный варварский ритуал вполне объясним тем, что запах феромонов, с неизбежностью остававшийся на поверхности скамьи, превращал болезненный обряд в запоминающийся субститут коитуса, тем самым предопределяя отпечаток образа любимой.

Другим, не менее странным, но с позиций современного развития гендерных дисциплин куда более корректным применением гвоздя становилась его адаптация женщиной к сексуальным фантазиям, сопровождавшим акт мастурбации, которая, в свою очередь, производилась с целью привязать к себе любовника. С этой целью использовался достаточно старый и массивный (что не исключало его "миниатюрности"), почти "окаменелый" гвоздь, формой напоминавший конусовидного ископаемого червя. Следуя инструкциям знахарки, девушка должна была, вооружившись этим "инструментом", имитировать коитус в таком месте, которое располагалось в непосредственной близости от спальни будущего партнера. С точки зрения примитивных представлений, душа мужчины во время сна должна была блуждать где-то поблизости и с неизбежностью бывала привлечена не столько красочностью действия, сколько симпатической связью с гвоздем, которая была значительно сильнее визуального принуждения к участию.

Таким образом женщине удавалось заставить будущего спутника жизни обрести сновиденческий половой орган, которого он по понятным причинам лишался после пробуждения. Именно неосознанное воспоминание о собственной кастрации становилось тем звеном, которое соединяло фантазию с действительностью и принуждало человека к поиску реальной вагины, похитившей его мужское достоинство. Что происходило после того, как он ее находил, это уже другой вопрос.

В источниках подчеркивается исключительная сила гвоздя, а именно, старого, который нельзя заменить какими-либо другими "подручными средствами". Этот гвоздь должен был сохранять связь с подковой, что само по себе опровергает остроумные догадки наших современников о том, что в выборе гвоздя чародеи руководствовались, главным образом, его фаллической формой и размером.

Рассказывали об одной доярке из Швабии, которая сохраняла половые органы партнеров, но, когда они усыхали, неизменно доставала некий огромный гвоздь из стены. По всей видимости, эта женщина была не только нимфоманкой, но и "черной вдовой", совершенно не имевшей представления об основах мирного сожительства. Иными словами, она убивала своих мужей. И тут мы подходим к тому, о чем упомянули было вскольз и о чем в источниках говорится весьма настойчиво, а именно, о феноменальном размере гвоздя. Мы помним, что в приворотной магии использовался гвоздь небольшой длины, миниатюрный, что следует из его связи с подковой. Отнюдь не размер лежал в основе его действенности, и женщина должна была знать об этом, не будь она столь увлечена своими успехами. Используя свой "ложный" гвоздь, она поставила себя в достаточно неудобное положение и ей пришлось прикладывать все силы, чтобы оправдать череду убийств. Если бы люди узнали, что она, помимо этого, занимается вивисекцией мертвых мужей, они сожгли бы ее на костре. Но навряд ли они отважились бы достроить воображаемую картину, которая пугала их даже в том усеченном виде, который пропагандировался церковью в рассказах о шабаше. Противоестественный размер гвоздя мог живо засвидетельствовать, какого рода возлюбленного она в действительности пыталась привлечь - и жертвой чьей ревности стали ее незадачливые мужья.

В Ааргау по сей день существует обычай, в обход церковных установлений, посвящать постройки местным божествам, в честь которых под кровлей вырезаются специфические знаки. Этот обычай имеет глубокие корни и все те "демонические печати", которые известны из получивших ныне популярность - но не всегда аутентичных - "средневековых гримуаров", на поверку оказываются вариантами народных печатей, по-всей вероятности базирующихся на древнем магическом алфавите. Сама по себе смена этого алфавита специфическими рунами была закономерным явлением, известным из истории всякого иероглифического письма, но форма рун неопровержимо указывает на то, что в период распространения их было принято вырезать гвоздем. Отсутствие ярко выраженных закруглений прослеживается и в "печатях", что, однако, не становится главным моментом, на который нужно обращать внимание. Мы хорошо понимаем, что в этих формах оказалась зафиксированной целая эпоха, в которую происходил переход от поливариантности к униформизму. Иначе чем можно объяснить резкость черт, которая не должна быть свойственна ктеическим фигурам? Справедливость требует, однако, отметить в аутентичной народной росписи сохранение многообразия, говорящее о том, что косная память простонародья, забыв о причинах, по которым далекие предки совмещали в одной фигуре противоположные элементы, все-таки не смогла избавиться от суеверного страха, внушаемого любым внесенным в давно известный образец изменением.

Именно эти геометрические фигуры под кровлей по сей день вырезаются с помощью гвоздя. Легко проследить здесь отголоски давно бытовавших обычаев, подразумевавших четкое понимание принадлежности разной бытовой утвари и материала, из которого та была сделана, к соответствующим полюсам, которых в архаическом космосе было существенно больше, чем можем мы предположить, основывая наши выводы на современном понятии гендерной сегрегации. Так, внутренняя сторона кровли (равно как и материал, из которого эта кровля делалась) была близка к женской и ноктурнальной природе, которая сближала эту часть конструкции жилища с подковой. По аналогии с приворотным обрядом, взаимодействие гвоздя и деревянной кровли, результатом которого становился рисунок, выражало идею привлечения божества, однако в данном случае обряд носил обратную гендерную направленность. Божество, архаическим умом понимаемое как женственный андрогин, было невидимым и в роли его "похищаемой" вагины выступала печать.

Особое место в народных представлениях отводится "потерянному гвоздю" - знаку не менее зловещему и опасному, чем превратно повернутая подкова. Исходя из наших исследований, становится вполне ясно, что в этом случае речь ведется об утере субститута отсутствия, а именно, такого субститута, который должен был его замещать. Вполне ясны и последствия подобной потери - это нарушение равновесия между полюсами, нарушение, чреватое вселенской катастрофой, на фоне которой превращение белого в черное и ночи в день показалось бы безобидной шалостью.

 

См. тж. Подкова

Разделы сайта

Гиппология

Новое

Поиск по сайту

Экваэлита, 2010-2018