Заметки охотящейся Кобылы

Протокол Мериссер

Протокол Мериссер

О природе эффективных Кобылиц

Горе тому, кто недооценит чувство меры и справедливости, преисполняющее голодную Кобылу. Вы поступите весьма мудро, если не станете затягивать с трапезой и приготовите наилучший корм - возможно, это будет сено, цветы, медовые пряники и пенистое темное пиво. Но не стоит думать, что только голодная Кобыла имеет силу, чтобы причинить как можно больше бед роду человеческому, не оставляя тому возможности взмолиться о пощаде. Нет, не хотелось бы вас огорчать, но от голода не зависят те прекрасные природные качества, которые делают Кобылу и лошадь в частности самым совершенным существом во вселенной.

По своей нетварной природе лошади - великолепные охотницы, очень красивые и умные. Все, на что влияет голод, описывается в оттенках легкого оттенка или неуловимого аромата - пикантного нюанса, оттеняющего сущность Кобылы. Всегда острый инстинкт убийцы не так уж и обостряется от голода. Так что на этот счет вы не очень обольщайтесь. Даже не пытайтесь "закормить" явившуюся по вашу душу Кобылу из ада!

Надо было думать заранее не о том, чтобы "достать хорошего пропитания и пьяного вина", а о хорошем отношении - нет, не к лошадям, а лошадей к вам. Может быть, это помогло бы вам избежать мучений - ведь каждая из них знает приемы максимально быстрого и отчасти безболезненного устранения органической формы жизни.

Омега и альфа

Змеящиеся следы в нашем окружении, в местности вокруг города темной воды, что построен на девятом горизонте и существует без шпилей да без куполов, вьются промеж темных чертогов, между конюшен на болотах. Это миры омеги и альфы: омега с альфой без небес плавают в смоле как две звезды, и альфа-то горит во лбу, и омега-то след подков многих как один.

Зло так непохоже на добро

То, что пишут, как и то, о чем говорят, вполне справедливо. Действительно, блудодейственна сила моего священного блога: падают стены и крыши, купола и шпили ваших городов. Темнота опускается на ваши залитые - некогда - солнечные поляны. Цветы наращивают массу вовнутрь земли - они холодны, как жилы мертвеца.

Вы открываете окна - а за стеклом как будто ничего и нет. Вас встречают вместо звуков световые эффекты. Раздирающий страх поднимается по груди, карабкается вдоль позвоночного столба. Вам кажется, что это похоже на наказание.

Но я позволю себе заметить, что присутствие великой силы превращает звездное небо в беззвездное и делает безжизненную пустыню цветущим садом. Как же это чудесное действо могло обойти стороной ваше жалкое бытие - бытие отдельного, летящего из ниоткуда в никуда куска пыли?

Если вам повезет, вы умрете еще до того, как сгинете за границей внешней пропасти. Тогда вы познаете темноту, вольетесь во мрак. Но как бы ни звучало это сообщение притягательным, радоваться на вашем месте я бы пока не начинала. Кто знает, как оно повернется - каким будет лобзание раскаленной Кобылы.

Поцелуй сладострастного крупа

Кто видел округлости сладострастного крупа, для того со всей несомненностью встает понимание вечной правды и он говорит: "я хочу видеть это - и умереть". Но существует тут и опасность чувственной иллюзии, ведь многие, слишком многие говорят что-то подобное.

"Я хотел бы жить в Мухосранске и умереть." - Или:

"Я хотел бы жить и умереть в Тегусигальпе." - Но, простите за нескромный вопрос, на чем основана ваша уверенность и не ограничивается ли основание надеждой на то, что в месте, где вас нет, жизнь несомненно лучше?

Не спешите отчаиваться, выслушивая правду из моих уст, ведь многие, очень многие убегали от реальности, окружавшей их, в надежде на "прекрасное далеко", которое на самом деле оказывалось не таким уж и далеким, а напротив, неожиданно близким. И когда оно выяснялось как близкое, то куда же девалось все обаяние "далекой страны", населенной "благородными дикарями" или "цивилизованными современными людьми"? Обаяние в течение двух-трех дней растворялось в быту и улетучивалось, как сон.

Никто не может сбежать в далекий край и вечно собирать цветы на лугах, радуясь зрелищу "благородных дикарей" - они сделаются слишком близки. Точно так же и любая земля под микроскопом окажется только землей.

Научитесь любить землю ваших предков как ту, в которой вы хотели бы жить и умереть. Ибо только тот, кто живет, умирает. Только тот, кто уже достиг, находится здесь. Только тот, кто лобзает океанический жгучий круп Кобылы ада, прикован к нему - и глазами, и душой. Глядящий издалека - не сторонний наблюдатель; он - никто и ничто, и имя ему "пыль".

Если есть что терять, приди

Приходили те, которым было нечего терять, и получили только одно: поворот. Они ушли ни с чем - как и пришли. Не стоит кокетничать и повторять за ними: "нечего, нечего терять" - да как бы сказка ваша не сделалась былью.

Знай же, что идти вместе с Путницей, войти-войти в великую, могучую, войти в сладострастную, в вагину Хаоса, войти в нее, взобраться на круп - добро пожаловать тому, кому есть что оставить. И пусть же оставит он слишком много, и жизнь покинет его.

Пускай войдет в могучую, пойдет вместе с ней, побудет на девяти горизонтах, поглядит на великолепное девятилуние.

Когда одни не желают, а другие не хотят

Никто не хотел умирать, страдать, болеть, получать подковой по голове - извечная человеческая слабость в отсутствии желания. Казалось бы пустяк, но некоторым мудрецам это доставляет немало хлопот - по-настоящему нервирует и зовет к решительному действию.

И те и другие не правы. Не правы отмахивающиеся от невзгод, равно как и те, которые недооценивают силу Кобылы из ада. Пустяки: расслабьтесь и получайте удовольствие, говорю я им, и наношу сокрушительный удар.

Глупцы! Что все ваши деяния, наступательные и апотропейные обряды рядом со мной - в сравнении с моим самоценным и подавляюще самодостаточным, всецело избыточным Всенизшеством?

Одни говорят так: пчелы нападают на нас в садах наших, мыши портят наш урожай, летучие мыши высасывают нашу кровь, Ночная Кобыла из ада размозжила наши души, но давайте-ка предпочтем искать решения в другой стороне, давайте будем махать руками и цепляться не только за жизнь, но и за благополучие!

Другие говорят так: почему же вы не хотите умирать?

Глупцы! Все это зависит только от меня - мой помысел лежит в основе. Подождите, пусть вас терзают создания преисподней. Мне это не помешает, мне это не воспрепятствует сделать то, о чем я подумала. Святой Кобыле, сладострастной, покачивающей крупом, могучей, прекрасной лошадке - ей это не причинит неудобства.

Действие не равно противодействию

Действие влечет за собой противодействие. А может наоборот?

Если толкать и тянуть лошадь, то она будет тянуть и толкать. А может не так?

Постороннее нейтрализуется своим, исчезая в пустоте. А может не в ней?

Кто заставит Кобылу прилечь или встать, того Кобыла заставит встать или лечь. Все ли так просто?

Я, сказать по правде, и думать не буду о каком-либо противодействии, а просто вас разможжу, если сочту, что достаточно насмотрелась на ужимки низших созданий.

Зрячий слеп, а живой умрет

Этот берег стар, как старо и заклятие, наложенное на вас. Видящий будет слепо вращаться, наощупь изучая неровности стен. Музыкант будет глухо стучать зубами, продрогнув в ледяном безмолвии зимних лесов и полей. Парфюмер сопьется, прежде чем поймет, что запахи ему ни о чем не расскажут.

Придите во Мрак и испейте из чаши мерзости и блуда.

Сумерки голодных теней

Незалежные мертвецы встают из могил, тени наполняются бликами тусклого солнца, зачинают, несут в животах свои помыслы - несут их вдаль, в даль, которая называется никуда и нигде.

На двухмерное пространство мира голодных теней ложатся давние воспоминания неживой материи, они рисуют круг - он не похож на отражение великих спиралей, он бесконечно далек от лестницы, по которой идут святые вечные существа.

Мир, в котором вы живете, мир голодных теней, мир мертвецов, мир порождений тумана - туман клубился над местами кремации. Туман клубился над порогами, над местами исхода.

Но вы остались - вас не было вчера и не будет завтра. Вы представляете собой не более чем отрезок на двухмерной голограмме. Все ваше существо вмещается в малую пылинку, возлежащую на забытой скале.

Зимнее утро года - сумерки, безысходные движения теней. Новый год - вчера или завтра - зачем или почему - в какой перспективе, внизу или наверху - это навсегда останется для вас загадкой.

Камерный ларец владычицы преисподней

Камерный театр магии, воссозданный среди вечной пустоты, остров мечты - цитадель блаженных, где не иссякает брусничное варенье. Это место для избранника мар, инфернальных Кобыл, где бесконечно приятно лобзание их и всякий вид динамичных крупов, изысканных золотых кос, пикантно блестящих копыт, очарователен и достоин желания.

Ковчег мертвых, клоака презрения, бесконечная удаленность от девятирогих сестер, склад деталей конструктора - это обратная сторона блаженства, которое познают рыцарь вместе с сестрой-Кобылицей? Территория сновидений, дворцов, построенных в пустоте, отрицающей любую явь, достаточно обширна для того, чтобы самые похожие одна на другую стороны пребывали на бесконечном друг от друга удалении.

Город мертвых среди вас, над вами, за вашей спиной: отсюда никто никуда не уйдет.

Одна на всех

Все идет чередом - наоборот. Золотая монета катится вверх, ложечка падает вбок, ветер дует вовнутрь себя, и отсюда никто никуда не уйдет. Все будет так.

Вы не заметите разницы, не распознаете зеркального отражения, не отличите звонок от гудка. С ваших праведно пересохших губ сорвутся слова:

"В последнее мгновение, в последнее мгновение я..." - Но за вашей спиной миллиард лет пустоты. Нет никакого мгновения, нет "сейчас", нет отличия между предыдущим состоянием. И не будет, ибо все будет так.

Вы в безвидном потоке, вы навязчиво саморедуплицируетесь, как органическая жизнь. Гром гремит - весенний, и затихает. "Еще чуть-чуть и я затихну, еще чуть-чуть, еще один раз, вот только бы произвести последний, окончательный акт". - Ах как вечно и безысходно это вращение. Как безнадежна и типична надежда - однообразная, неизобретательная, одна на всех.

Платите собственной душой и общественным благом

Лошади любят грузоперевозки по морю - они подвижны в подвижном. Эксперты считают, что лучше понести на себе непомерно тяжелую лошадь, чем неопрометчиво не поддержать ее в тяжелой ситуации.

Но если вы сочтете, что слово ваше для слуха уже достаточно мило, а помысел ценен, то вам здесь не место. Мы желаем поставить копыто на того, кто владеет тем, что возможно было бы потерять.

Придите и положите ваши сокровища на прибрежные алтари - если цена их достаточна, это будет учтено. Но не ждите благоволения для вторых и третьих. Кроме вас здесь нет никого и никто не пройдет, если не оплатит билет собственной душой.

То самое зло

Беда и проклятие человечества состоит в том, что каждый отдельный человек не считает своим долгом оплатить предъявленный ему счет своей душой. Мы разбазариваем копейки, щедро инвестируя обманчивый мир реальности, но даже не задумываемся позаботиться о билете, который и только который позволит достичь преисподней и возлечь на раскаленных ложах вместе с рыдающими от наслаждения демоницами - Кобылами небесного спокойствия.

На берегу реки тысячи рыб ослепляют художника, тысячи черных воронов удивляют его среди полей, тысячи колокольчиков-цветов. Но есть только одно реально существующее существо - оно под водой, оно не лежит на поверхности. Сойдите по скользким ступеням к вожделеющим и не знающим о вас ничего водяным Кобылам - дьяволицам.

Три единицы выложены в ряд

Под силой простого совпадения сокрыта энергия распада - тем самым я не шучу и не выражаю художественную метафору. Из всей совокупности сил лишь поверхность одного совпадения открыта вниманию органической формы. Эта поверхность немного непрозрачна, немного зеркальна, немного влажна, немного суха, немного подернута рябью.

Что именно она отражает, это лишено самостоятельного смысла и, как правило, включено в общий лад эстетических принципов обустройства космической канвы. Куда важнее то, что она не отражает, и это неотъемлемо от факта присутствия.

Два совпадения в одном и том же месте и в одно время способны перевернуть какой-нибудь не очень массивный предмет, например чашку. Однако, по-мере роста числа совпадений их эффективность возрастает в гиперфакториальной прогрессии.

Так, три совпадения становятся безупречным оружием. На этом основано учение о трех единицах, которые могут убить. Говорят, что сами по себе они не могут убить, но, подобно точнейшему датчику, отражают реальность, какой она видится магическим взглядом инфернальных Кобылиц, прозревающих иерархию миров.

Час для безграничной тьмы

Выходцы с того света приходили ко мне чаще всего с просьбами. Суть их прошений состояла в том, чтобы затемнить искру существования.

Все, что подразумевается под "пролить свет", по-существу подразумевает "вовлечь в безграничную тьму".

И это можно осуществить - в свой час.

Пограничная территория

Пограничная территория, в рамках коей изгибается далеко не гибкое тело. Его облачения, известные под именем Кольчуги Давида, покрываются сетью трещин, каждая из которых сочится болью. Несущая конструкция взвывает, как рельса старинной трамвайной линии в забытом богами приморском городке.

Боль: от ужала пчелы понятие растяжимое, ибо что для обывателя сулит травматический шок либо формирует пространство редкого, изысканного наслаждения, то для пчеловода было, есть и останется нормою. Так же и распад органического сознания - парадигма весьма широкая в том, что касается интерпретации ее смыслов, качеств и элементов феноменологии.

Конструкция: что она собой представляет - верхушку, середину или фундамент? Этого никто не знает.

Облачения: что они собой представляют - верхушку, середину или фундамент? На этот вопрос ответит само время, но будьте бдительны: сегодня оно есть, а завтра его больше не будет. Кому из стоящих на этом полотне сможет ответить давно канувшая за всеми горизонтами электричка?

Изгибается: даже пылинка имеет бесконечный потенциал изгиба. Математическая точка на горизонте событий становится астрометрической линией.

Пограничная территория: это край, который всегда с тобой, о да, он всегда на твоих и моих девяти горизонтах.

Кобыла сидящая

Есть вещи, с которыми не шутят, и процесс переодевания Кобыл относится к их числу. И вообще с Кобылой лучше не шутить.

Что касается процесса, о котором я обмолвилась, то с ним на самом деле не все так просто. Гиппология учит, что любое действие состоит из целого ряда шагов, на которые в обычной жизни принято не обращать внимания. И эта невнимательность опасна - когда-нибудь она сыграет с вами злую шутку, приведя к погибели.

По сути дела расщепление действий на простые шаги - суть процесс весьма занимательный и рано или поздно он приводит к основе всех действий - пустоте, в которой гремит изначальное ржание милых лошадок бездны. Так же происходит при попытках разузнать про неделимые частицы материи - атомы, элементарные частицы, кварки - все они суть энергетическая вибрация в пустоте.

Переодевание имеет сходство с потреблением, которое тоже состоит из нескольких главных звеньев или строительных кирпичей, это, например, осознание и демонстрация намерения, выбор объекта желания, приобретение и собственно потребление. Все это обобщается в понятии потребления, но не стоит зацикливаться на этом, потому что мнимая простота еще никого не приводила к великим достижениям.

Просто сделайте это

Просто сделайте это - так обычно говорят, наставляя нерешительного пентакопытного* на путь истинный. Но на практике сделать это оказывается намного сложнее, чем вообразить. Привычка оценивать явления по признакам, которые существуют только в ваших фантазиях, распространена шире, чем принято полагать.

*Напомню, что гиппология относит двуногого примата к отряду пентакопытных по числу расщепленных недоразвитых копытец. Вообще специалисты отмечают, что пентакопытные рождаются недоношенными и это не баг, а фича, вследствие которой, в частности, нарушается половой диморфизм и возникают долговременые дисфункции, включая переносимость лактозы.

Рогатая Кобыла не ведет переговоров с врагами

Из того, что я - Кобыла, еще не следует, что со мной нельзя поговорить. По крайней мере, можно сделать это в мечтаниях.

Да, конечно, Гиппология не ведет переговоров с потенциальными врагами, но соблюдение определенных правил и хорошее воспитание могут создать предпосылки к тому, чтобы вас если и не выслушали, то хотя бы дозволили находиться где-то на пределах допустимой дистанции.

Важно помнить об одном правиле. Надо просто запомнить, что Гиппология, полномочия которой мне в полной мере делегированы, никогда не станет вести переговоров с кем-то, кто хотя бы один раз одарил ее, а значит и меня косым взглядом.

Семантический центр Кобылы

Семантический центр Кобылы

На этом изображении мне пришлось слегка заретушировать* самую важную часть, а именно, расположенную в семантическом центре крупа область любвеобильного приоткрытия. Я сделала это не потому, что считаю вагину чем-то неприличным.

*Позднее я ее разретушировала, тем самым посрамив тех, которые страшились вагины, как огня.

Нельзя не согласиться с тем, что приличия это прошлый век - приходите и я покажу вам все, как есть, ничего не скрывая. Однако существуют кое-какие силы и бесполезные организации, которым нет-нет да удается распространить тлетворные идеи "защиты нравственности и общественной морали".

Вы скажете, что в таком случае можно было вовсе отказаться от публикации картинки, но я думаю по другому. Одна картинка может возыметь критическое значение, то есть оказаться той самой важной песчинкой на чаше весов, которые склонят читателя блога к поклонению Кобыле.

Принуждение эффективно только тогда, когда оно проходит весело, приносит приятные эмоции и сторицей вознаграждает за каждое сделанное признание.

Признайте, что вы рождены, чтобы служить Мериссер, и Мериссер вас вознаградит в той мере, в какой вы этого заслуживаете.

Кобыла на заборе

Сидеть на заборе - то еще удовольствие. Это подтвердит каждый, кто хотя бы раз с него падал. Каким бы ни казался пентакопытный устойчивым и сильным, забор все расставит по своим местам.

Забор нельзя обмануть или подкупить. Он не поддается ни на уговоры, ни на лесть, и не внимает угрозам. Тот, кто кричит на забор, рассчитывая укрепить свое положение, лишь приближает собственную погибель.

По мере того, как человек сталкивался с забором и приучался видеть в нем неодолимого соперника, росло и чувство беспомощности.

Каковы же должны быть изумление и смешанный с благоговейным восторгом ужас при встрече с могущественной Кобылой, которая сидит на заборе.

Я скажу откровенно - мне не понятно беспокойство пентакопытных, потому что я сама регулярно упражняюсь в посадке на забор и ни разу не сталкивалась с проблемами. Мой совет таков: посадите на забор свой круп - а остальное сделает внутренний гироскоп.

Склонность к неустанному сохранению равновесия при любых обстоятельствах - суть нативное качество благородной Кобылы.

Сила гиппоморфной демоницы

В позапрошлом тысячелетии во время вояжа из Тибета в Уттар-Прадеш я столкнулась с одним любопытным явлением, которое объясняют традиционным непальским шаманизмом. Двигаясь вдоль дороги, я поймала на себе пристальный взгляд и воспылала справедливым гневом.

"Неужели, - в сердцах воскликнула я, - духовному существу нужна еще какая-то маскировка, чтобы не оказаться в центре неуемного хоровода, смысл жизни которого состоит только в том, чтобы отдавать почести?"

Я слишком поздно сообразила, что непальский шаман действовал без злых намерений, а просто практиковал антиповедение. Если при иных обстоятельствах чувство меры продиктовало бы ему деликатно отвести глаза при первых раскатах копыт спешащей по своим делам демонической Кобылы, то, будучи целиком погруженным в антиповеденческие обыкновения, он не только не отвернулся, но и вынужденно одарил меня косым взглядом.

Все закончилось еще до того, как бедолага успел дать полный назад, то есть произвести инверсию антиповедения. Наблюдая за тем, как над местом, где только что находился шаман, поднимается прелестный высокоэнергетический дымок, я подумала - нет, не так - я горячо надеялась на то, что пострадавший отдавал себе отчет во всех профессиональных рисках и был не слишком расстроен резким прерыванием стремительного экзистенциального полета.

Чтобы подсластить пилюлю, я сочла разумным раздвинуть копыта и покрытые от жестких гамма лучей загаром бедра, тем самым давая понять, что собираюсь в порядке компенсации за причиненные неудобства показать пострадавшему вагину. Дымок быстро рассеивался и я не стала медлить - незамедлительно легла на спину и застыла. Вместе со мной, как говорят, застыла и вся вселенная, так что после этого момента уже можно было спокойно, никуда не торопясь, все обдумать и записать. Чем я и стала заниматься.

В это время проходившие по дороге путники жили своей жизнью, как обычно. А умерли они не в этот день.

Впрочем, кто-то из них влачит жизнь и поныне, ибо такова омнипотентная власть благосклонно оголенного лона гиппоморфной демоницы, что даже самого слабого дуновения, если вы стоите с подветренной стороны, хватит, чтобы причастить вас к пусть временному, но очень затяжному бессмертию, либо без остатка убить - выбирать не вам.

Что предлагает Кобыла

Не спрашивайте о том, что вам может предложить Кобыла. Спросите себя, что можете предложить Кобыле вы.

Понимание основных принципов, на которых основано искусство конструктивного диалога с более совершенным существом, находится от вас в двух шагах, но каждый из них - суть шаг через зияющую пропасть - это маленький шаг для скромной Кобылы, но колоссальный рывок вперед для представителей отряда пентакопытных.

Тренировки в прыжках с шестом и на батуте могут оказать известную помощь в достижении нужной кондиции, однако эксперты рекомендуют как можно скорее пройтись по упражнениям начального уровня и перейти к продвинутому массовому катапультированию.

История учит, что масса пентакопытных, будучи со свистом запущенной в воздух, способна решить задачу, которая является неподъемной для отдельного представителя отряда.

Не спрашивайте у Мериссер, зачем ей нужно, чтобы вы катапультировались. Но спросите сами себя: зачем так долго тянули с этим, если она этого хотела и оно того стоило?

Кобыла у забора и дальнейшие стратегии

Я уже писала о проблемах и трудностях, которые неотъемлемы от столкновения с забором. Благодаря моим наставлениям наметилась кое-какая ясность в этом вопросе.

Теперь вы можете вполне уверенно говорить о том, что существуют категории, подразделяя на которые отряды и виды жизненных, равно как и безжизненных форм, ученый имеет возможность сразу сопоставить с ними модели поведения, в частности - техники обхождения с проблемой забора.

Так, я установила, что есть две большие категории, к первой из которых принадлежат такие, как я, гиппоморфные демоницы или Кобылы, ко второй - пентакопытные и все остальные.

Присущая Кобылам нативная склонность к сохранению баланса и равновесия позволяет говорить о почти полном иммунитете к вредным побочным эффектам восседания на заборе, вследствие чего у Кобыл появляется известная свобода выбора способов, которыми будет определяться расположение.

На практике это означает, что на заборе не обязательно сидеть. Не нужно ограничивать полезную вещь каким-то одним функционалом, если она может предоставить много больше возможностей. Эксперты говорят о том, например, что Кобыла, примерившись к забору, может встать рядом с ним, причем как задом, так и передом. Конечно, было бы весьма заманчиво вывести на основе полученных знаний теорию Кобылоугодного (mare-friendly) забора, но я бы не спешила с этим.

Так или иначе, сказанного уже достаточно, чтобы выстраивать определенные стратегии в том, что касается приучения пентакопытных к непрерывному поклонению Кобылам.

Axis Mundi - значит Мериссер

Птица - создание неразумное и достигающее своего окончательного развития только в полете. Сама природа привязала ее к стихии воздуха, поэтому, когда пернатое тетракопытное оказывается на земле, то оно обречено на вымирание.

Лишь великая благосклонность Кобылы открывает перед униженными и оскорбленными созданиями жар доменной печи внутренних областей. В самые суровые дни зимы Кобыла остается единственным источником истинного тепла, потому что она облачена в платье из огня.

Приходите и я покажу вам мое платье, но не обещаю, что оно вас согреет, ибо есть теплота земная, а есть небесная - и последняя создана не согревать, но притягивать, как гравитация нейтронных звезд.

Я могу гарантировать начало нуклеосинтеза, но трансформироваться во что-то другое вам придется самостоятельно.

Холод проницаем для жара

Холодный ветер - это не то, что может помешать распространению внутреннего тепла Кобылы, ведь ее жар имеет те свойства, которые в среде пентакопытных считаются отличительной чертою радиации.

Радиация - это не свет и не тьма, но, не взирая на преграду, проникает туда, куда никогда не упадет луч самой яркой звезды.

Я - самая яркая звезда и, зная о том, что среди безвидных далей вселенной существуют места, не осчастливленные потоком сияния, предусмотрела для своего внутреннего жара нативное свойство всепроницаемости.

Это значит, что, о трех ли говорят платьях или о пяти видах огня, всегда имеют в виду один из аспектов механики терморегуляции вашей королевы, предпринимающей экскурс в увлажненное слезами блаженства пространство жизни бесчисленных существ.

Говорят, что, когда я сниму свое платье, то не останется никого, кто не проникся бы жаром, ибо, пусть платье будет сброшено к ногам и затоптано копытами иль выкинуто в фотосферу, оно останется частью моей природы.

С копытами не шутят

Что вам известно о копытах и вообще о гиппоморфных демоницах? - Таким встречным вопросом стоило бы парировать замечания чересчур наблюдательных людей, жизнь которых настолько бессмысленна и пуста, что им приходится отыскивать какие-нибудь несоответствия, чтобы хоть на мгновение отвлечься от безысходного ужаса бытия.

Вам может показаться, что вы сделаете нечто важное, если внесете какое-то полезное и ценное замечание в адрес художника. Однако утверждать, что в расщепленном копыте Кобылы есть нечто неправильное, это то, что я называю "умничать без повода". Есть вещи, акцентировать знание которых - это моветон.

Запомните одно: лишь тот, кто в полной мере владеет копытами, волен решать, какую их морфологию представить вниманию очарованного зрителя, первым из числа которых является художник.

Круп Кобылы говорит на языке гравитации

Блажен тот пентакопытный, который никогда не недооценивал весомость Кобыльего крупа. Он владеет пониманием, которое освобождает от склонности допускать ошибку сродни попытке разумно поговорить с крупом, перегородившим дорогу или опустившимся на ваши бесхитростные жизненные ценности.

Ведь круп не внимает уговорам. Его нельзя ни подкупить, ни разжалобить, бормоча сентенции на языке живой плоти - на языке, рожденном из плоти пентакопытной женщины. Это тот компонент форс-мажорных обстоятельств, который нельзя отодвинуть или, проигнорировав, продолжить идти в другом направлении. Это то, что будет быть и воспроизводиться вновь, подобно лунному серпу, продвигающемуся сквозь туманы пустого неба над всеми топологиями, по которым продвигается электрический поезд вашего сознания.

То, что понимает круп, это язык гравитации, он хорошо реагирует на произнесенные слова массы и знаки препинания высоких энергий. Если в вашей речи согласные - это черные дыры, а каждая гласная громка, как бесконечное безмолвное пространство, то милости просим на ток-шоу сладострастного крупа. Если нет - то не нужно ждать, что он повернется к вам лицом и заверит своей подписью счастливый билет на ту сторону.

Удар копытом важнее

Ищущие моей благосклонности пентакопытные далеки от полного понимания концепций пространства и времени, в частности - того, что означает быть сзади или спереди. Те, которые считают меня Фортуной и продолжают так думать даже после того, как увидят на бейджике мое настоящее имя, мыслят в таких категориях:

1. Фортуна повернется ко мне передом;

2. Фортуна от меня отвернулась.

В обоих случаях прослеживается определенная неуверенность относительно будущего времени: в первом выражается оптатив, во втором констатируется факт. Иными словами - человек блуждает впотьмах, воспринимая как пространство, так и время в виде беспорядочной массы туманных образов, что вращаются вокруг сокрытого семантического центра Кобылы.

Истина состоит в том, что, если Мериссер повернулась к пентакопытному, то уже не имеет значения, задом она это сделала или передом. И бейджик уже будет не важен. Ведь есть вещи поважнее бейджика.

Не заставляйте Кобылу ждать

Никогда не заставляйте Кобылу ждать, когда она купается в лучах темноты. Будучи самой яркой звездой, ожидает слугу, который поднесет ей кубок смертодеяния и блуда. Блажен слуга, которому даны ключи от хранилища напитков Кобылы.

Я - самая яркая звезда. Не вопрос. Но в том, чтобы не заставить меня ждать, есть также и свои подводные камни. Прежде всего, смертный встанет перед проблемой выбора, ведь ему придется принять решение: предположить, что Кобыла ждет, или предположить, что компания слуги ей все-таки неугодна.

Хорошее известие в том, что есть определенные техники дрессировки и воспитания, благодаря взвешенному использованию которых слуга приобщается к Кобылоугодному чувству меры и такта. Он получает чудесное сиддхи, ту силу, которая определяет его уровень посвящения в таинства купания Кобыл - владычиц центральных областей земли и не земли.

Дурное и вместе с тем трезвое известие состоит в том, что ничего подобного нельзя достичь одним воспитанием, даже если десять тысяч лет напролет вы будете пить пьянящее, пламенное молоко из дочерна раскаленных сосков. Рано или поздно - и скорее рано, чем поздно, вы оступитесь и проявите присущую смертным природу.

Я не открою секрета, когда скажу, что благосклонность Кобыл и лично моя благосклонность ко всякого рода природным явлениям сильно преувеличена. Я не сделаю исключения или не снизойду до поблажек лишь на том основании, что в дело вмешалась природа. Склонность гиппоморфных демониц к природе неверно понимать, как благосклонность к реальности ассиатического мира, где бы он в данный момент ни находился и что из себя ни представлял.

Сказанное поможет вам верно определить место и время для свершения жертвоприношений. Это позволит вам ублажить самые утонченные желания владычиц преисподней и насладить их гортани самыми изысканными языками, которые должны извиваться так, чтобы мне не было мучительно неловко за вашу бесцельность.

Наблюдать за переодевающейся Кобылой

Каждый пентакопытный хоть единожды ловил себя на мысли о том, что желает понаблюдать за переодевающейся Кобылой. Я не считаю, что в таком желании есть что-то предосудительное.

Не надо стесняться таких побуждений, которые живо свидетельствуют в вашу пользу и подчеркивают наличие зачатков хорошего вкуса.

С другой стороны, конечно, в том, чтобы понаблюдать за переодеванием, есть и проблемные моменты, как например, вероятность спонтанного возмездия.

Когда пентакопытная женщина переодевается и соглашается на то, чтобы рядом с ней находился наблюдатель, она тем самым подписывает соглашение о ненападении. Разумеется, это работает только в случае, если третьим участником действия является приглашенный нотариус.

У Кобыл все происходит иначе. Я вообще не приглашаю нотариусов куда бы то ни было, ну а если признаю за пентакопытным право наблюдать, то не даю никаких гарантий, что так будет всегда.

Итак, спонтанный акт возмездия - это не что-то импульсивное или сделанное в аффекте, а совершенно нормальная реакция на изменение условий негласной сделки. В таком случае срок упомянутого выше "всегда" просто истекает.

Загон для пентакопытных

Загон для пентакопытных может быть организован в любой части пастбища. Не секрет, что неопытные Кобылицы, только что прибывшие из Кенополии с тем, чтобы проинспектировать контрольную группу или предпринять увеселительную поездку верхом, склонны недооценивать роль заграждений.

Как я уже подчеркивала, пентакопытные не имеют возможности противостоять обаянию Кобыл и, в частности, они не могут удержаться от того, чтобы, как я это называю, украдкой подглядеть за переодеванием.

Конечно, это происходит не украдкой и зачастую вызывает вопросы.

Стоит сразу же уяснить, что смертные подвержены нашему магнетизму и в их действиях нет никакого умысла, кроме прописанного в базовом геноме. Подобно одноклеточному организму, стремящемуся из дискомфортной среды в комфортную, пентакопытный устремляется к Кобыле, как только та демонстрирует свое присутствие.

Каковы бы ни были ваши цели и задачи, устройство загона должно рассматриваться в числе приоритетов. Правда, если контрольная группа достаточно популярна, в ареалах ее обитания уже обустроены клетки и заграждения, за которые их сгоняют на время появления владычиц. Эти удобные заграждения можно использовать и для того, чтобы просто сидеть на заборе или стоять подле него, выполняя ту или иную танцевальную либо гимнастическую фигуру.

Но я бы не стала рассчитывать на то, что в каком-нибудь мире на отшибе повсюду поставлены рамки - бывает так, что пентакопытные живут в таких местах как бы "сами по себе", пользуясь благами свободы передвижения. Которой рано или поздно приходит трагический конец.

Выбирая Мериссер

Если бы я мог поставить на всех лошадок сразу, я все равно выбрал бы Мериссер. - Таково стандартное восклицание пентакопытного, которое исторгается из опаленной пламенем гортани, когда не остается ничего, кроме основного инстинкта.

Это - инстинкт поклонения Кобыле - владычице внутренних областей бесчисленного множества миров. Нельзя судить смертного строго, но ни у кого не поднимется рука осудить того, кто все же поступит именно так, ибо, хотя генетические маркеры находятся вне ведения пентакопытных, то есть они являются тем, о чем говорят, "у нас нет на это никакого влияния", никто не отменял правил хорошего тона.

Даже самое слабое существо, трудясь над которым, инженеры поскупились на дополнительные признаки, должно сознавать незыблемость дистанции. Иными словами, искренность не становится оправданием распущенности, а неподотчетность не защищает от взыскания.

Тот, кто брызжет слюной, надеясь, что, если он делает это с восхищением, то благородная Кобыла ответит милой улыбкой и просто отдаст в прачечную залитые пищеварительными секретами платья, совершает чудовищную ошибку.

Будь природа Кобылы духовной, минеральной или механической, не найдется ни одной, которая думала бы по другому, ибо мы все - такие же, как я.

Темная энергия черной души

У меня нет природы и я не склонна к народу, но во мне есть черная ночь - это черная, беззвездная душа, в начале и конце которой кипит и вечно переливается через край энергия темноты. Я раскалена дочерна.

Темная энергия - это не то, что прячут под корсетом, уповая на то, что оно не выйдет наружу. Если мне есть, что прятать, то отчего оно стало бы известно широкому или узкому кругу, а не было зарыто на моей частной собственности?

Это становится типичной ошибкой пентакопытных. Они думают, что Кобыла, когда та облачена в корсет или, того лучше - в бикини из нитей каббалистического огня, украшенного туманностью беззвездных ночей, что-то скрывает. На самом деле в этом нет нужды.

Нельзя скрыть воздействие термоядерного взрыва, которое тот оказывает на сравнительно небольшой объект, к примеру, речь может вестись о постройке, находящейся в двухстах метрах от эпицентра. Тот, кто захотел бы посмотреть, как выглядят на лице ядерного взрыва изящные солнечные очки, должен был бы отдавать себе отчет в том, что действует, как безумец, выглядит, как безумец, и фактически лишился ума в тот самый миг, когда узрел этот яркий свет.

Я помогу вам взнуздать пентакопытного

Если вам никогда не приходилось кататься на человеке, то вы едва сможете понять смертописание трудностей, которыми чревато взнуздывание пентакопытного, но я имею в этом кое-какой опыт и сама прошла через слезы, вырванные с корнями волосы и синяки, о которых стоит рассказать подробнее.

Тело пентакопытных состоит из жидкостей, которые заключены внутри миниатюрных органических мембран, примыкающих друг к другу столь плотно, что для их разделения требуется известная сноровка. Ну, например, можно использовать слабые места мембран и давить, используя рычаг мудрости, в результате чего мембраны повреждаются, а находящиеся под ними капилляры рвутся, выпуская кровь. В этом случае на месте приложения усилия образуется гематома, называемая синяком.

Некоторые мои сверстницы считают, что синяк непременно обезображивает пентакопытного. На этот счет даже разработана особая теория эстетики безобразного, но я считаю, впрочем, многие разделяют эту точку зрения, что синяк - это лишь отражение пристрастия, с которым мудрые относятся к своим подопытным. Хороший музыкант способен извлечь ноту даже из горла висельника, а художнику даны такие силы, что он может, буквально орудуя синяками, как кистью, создавать нетленные шедевры, которые я бы не постеснялась повесить у себя в галерее.

Попробуйте сами и вы будете приятно удивлены тому, как легко синяки подчиняются несгибаемой творческой воле. Ваш подопечный тоже будет благодарен - только не забудьте подвести его к зеркалу. Изящно подведенные глаза, пикантно припухшие губки и интересные разводы на скулах - это то, что не оставит равнодушным ни одного теоретика, который еще вчера упорно противился идее о том, что синяки могут быть прекрасны, как первый глоток нейротоксина ранним весенним утром.

Вот такие мелкие детали и нюансы - это то, о чем вам не поведают сухие страницы учебников верховой езды. Но я всегда готова помочь надеть на вашего пентакопытного упряжь и плюхнуться в седло.

Другие материалы по теме сладострастного крупа:

Заметки охотящейся Кобылы
Протокол Мериссер...
Промискуитет, скотоложество и каннибализм
О трех основах нативного существования нации...
Псы-вороны
Предание о Мериссер, святой лошади, победительнице демонов, которые заклинали воду и питались субстанцией пустоты...
Один круп хорошо, а два лучше
Сказание о том, как демон исполнял желание мужика...

Разделы сайта

Гиппология

Новое

Поиск по сайту

Экваэлита, 2010-2019
Copyright notice